Ох бля. И не знаю, рассказыать ам эту байку, которая со мной по молодости стряслась? Хуле, расскажу конечно, хотя бля предупреждаю – история эта пиздец какая страшная. Хе хе. В общем, черти, расскажу я ам, как шестнадцать с хуем лет денег до хуя нарыл.

Я тогда техникуме учился. Ну, бля типа колледж – короче хуй проссышь что. Учился и учился. Че, небось сами знаете как там учатся – бухают да шмаль курят. Плохо, что у нас телок не было – одни пацаны. А хорошо - что через картал была гимназия или хуй че-то то там такое, где одни телочки учились. Мы конечно к ним частенько бегали после уроко или место уроко. Покурим там месте или еще чего. Перезнакомились се. Я там за одной охуенно красиой телухой ухажиал. Она бля, пацики, это аще – точеная сучка! Глаза – шоколадные, брои черные, а кожа белая. И груди большие. Короче – ещь! К тому же из неибательски богатой семьи. У нее соя машина с шофером усатым даже есть.
Но и я парень не промах. В то ремя тоже был заибца каким красиым перцем. На Антонио Бендераса похожим. Потом мне армейке нос слиу расколошматили стадо чурок и я стал страшным как еблан. А тогда то – не хуя. Все телочки тоже округ меня ились. И эта сучка, Валя ее зали, тоже не устояла перед моими чарами. Ебаться прада не даала. Так – петтинг-хуеттинг. Булками побалоаться, пизденьку залезть. Гоорила, мол – не здесь бля, потом бля, потерпи и се такое. Хуле, терпел. Дрочил и терпел. И дотерпелся.

Встречаемся как-то раз после уроко. Она ся такая лукаая. Улыбается загадочно и се такое.
- Че? – спрашиаю.
- Воик, я рассказала про тебя соей маме. Она сегодня нас ждет гости.
- Ты ебнулась дура? То есть я хотел сказать, не поспешила ли ты с принятием такого ажного решения?
- Да нет, се нормально. У меня мама – очень соременный челоек. Она просто посмотрит на тебя, погоорит. А потом, она между прочим, уедет к бабушке. И мы останемся одни…

Тут Валюха улыбнулась и подмигнула мне, по-блядски так, мол, се понятно, зачем это мы останемся. Только мне было не хуя не понятно, о чем я буду пиздить с ее мамой, на хуя ей приспичило на меня посмотреть, гланое - где ее папа?
- А где той папа?
- Он Самаре, на симпозиуме фермеро. Да не пережиай ты так! Все будет нормально – ты едь се еще хочешь меня?
- Спрашиаешь!
- Тогда сегодня шесть ечера. И принеси бутылку ина хорошего.

Ну, дождался я ечера. Помылся, побрился. Бухла купил ( купил на сколько денег хатило, а хорошее оно или нет – я хуй его знаю.), и шесть роно позонил дерь.
Открыла мне Валюха. Нарядилась ся ( я кстати, тоже костюмчик у Жеки одолжил), причесалась по-ноому – еще охуительнее стала.
- Здороо, - гоорю. – А где маман?
- Проходи, она комнате.

Снял я ботинки, и захожу комнату. Смотрю сидит кресле баба, ко мне спиной. В платье одета, хуйней какой-то занимается.
- Здрастуйте – здороуюсь я, как можно приетлеее.
Тут она поернулась и я прихуел! Это было Алетина блять Олегона! Директриса моего колледжа!!! Ебать – попадос еще тот.
Алетина посмотрела на меня строго.
- Здрастуй Залето. Валечка мне рассказыала про соего молодого челоека. Вот уж никак не могла предположить, что им окажешься ты. Удилена. Честное слоо, удилена.
- Так ы знакомы? – Валя от удиления рот раззяила.
- Да, милая. С этим молодым челоеком, я имею честь быть знакомой. Не прада ли Володя?
- Да – промямлил я, понимая, что поебацца мне не обломится. А Алетина еще че-то потыкала немного, потом гоорит охуешей дочке:
- Вот что Валенька, ты едь собиралась зайти к Зиночке зять конспекты по «охране окружающей среды»?
- Но едь контрольная только через неделю…
- Иди, сходи сейчас. А мы пока погоорим с тоим молодым челоеком.
- Но мама… - пыталась писаться за меня Валюха. Безуспешно. Алетина – та еще сука. Ее у нас се бояться. Даже собака сторожа.

Короче Валюха схлипнула и съебнула. Мы остались одни. Я продолжал стоять дерях, а директриса сидеть кресле. Стоим – тупим.
- Ну, - наконец разродилась Алетина, - расскажи-ка мне Залето про сои далеко идущие планы по недрению мою семью.
- В какую семью? Вы о чем Алетина Олегона? – я прибегнул к доброму старому способу – «ключил тупого». Но с Олегоной такие горбыли не катят.
- Не прикидыайся дурачком, Залето! Гоори, что тебе нужно от моей дочери?
- Ничего…
- Врешь!
- Да честное слоо Алетина Олегона! Она мне просто нраится. Ну и это… я…
- Что ты?! Ты не прочь бы испоганить мою деочку соими грязными люмпенскими чреслами?! Ах, ты каналья!
- Алетина Олегона, я не понимаю…
- Что ты не понимаешь, приспособленец?!
- Если честно – то ничего из того что Вы сейчас сказали. Как гоорил мой дедушка-сязист, я получаю Вас на уроне шумо. Простите меня!
- Ах, како подлец! Он не понимает! – Алетина ынырнула из кресла и подошла ко мне. Вот и се – мне пиздец. Сейчас она сообщит о моем успешном отчислении из колледжа. То-то родители рады будут.
- Вот что Залето, я решила. Ты – низкий и скользкий тип. Ты захотел через мою дочь ойти мое расположение с целью получения аттестата зрелости, который естестенным путем ты получить не состоянии по причине соей лени и тупости.
- Я… не…
- Не перебиай меня Залето! Так от, я раскусила той, общем-то доольно неуклюжий манер. Дух зайце сразу – и аттестатик кармашек и сладкого плода кусить! В общем так – ойти мое доерие таким образом и не надейся! Слышишь меня?
- Я… не..
- Не перебиай меня Залето! Я решила от что – ты просто ойдешь меня. Посмотрим какой ты кобель и что ожидает мою дочурку.
- Куда ойдешь?
- В меня, бестолочь. Ты трахнешь меня немедленно. Иначе – он из колледжа.
- Но Алетина Олегона. Вы… я..
- Что же ты Залето, испугался? Зассал, как у ас гоорят. – тут Алетина стащила через голоу сое платья и предстала предо мной соершенно голая. Даже без трусо. Нельзя сказать, чтобы она была очень уж уебищной. Вполне ебабельная баба.
- Иди сюда Залето, - она подтащила меня к себе и застаила раздеться. Потом зяла мой член руки, энергично помассироала, потом принюхалась:
- Ишь мерзаец, даже помыл его, так готоился!
С этими слоами она запихнула его целиком рот месте с яйцами и принялась хомячить. Я же стоял как мудак и тупо тыкал ее работающий рот.
Похомячи пару минут, Алетина не ынимая моего хуя изо рта бросила меня на диан, а сама згромоздилась серху. При этом ее пиздень и жопа расположились аккурат над моей голоой.
- А теперь попробуем позицию 69, - промычала Алетина, на секунду ытащи хер изо рта. – слыхал о такой?
- Слыхал, - гоорю, - но едь это же изращение.
- А ты и есть изращенец – пихаешь рот директору коллежда. А ну ка – ылижи мне се там!

Тут она опять захомячила мой пиписон, а сама опустилась сем соим барахлом на мое бедное лицо. Вот тут я по-настоящему испугался! Огромная пиздище, как пещера, оняющее селедкой, какую нам детском саду даали. Все олосне опутано, капает что-то, се склизкое, а серху огромным сталактитом сисает неьебенных размеро клитор. Еб ты - я таких секелей даже журналах не идел. Это уже натуральный хуй, а не клитор! И если я его пососу – значит я се рано что хуй пососу! Нормальный расклад? Отсоси у директрисы хуй – или пиздуй из колледжа. Ну уж нет – не опидарасите ы меня тоарищ директор!

Пока я так размышлял, Алетина придаила меня соей мокрятиной и принялась елозить по-моему лицу. Секель, к счастью, остался чуть ыше, и только слегка задеал за чуб.
- Лижи! – прорычала директриса.
Я наугад харкнул куда-то глубь пещеры, морщась от селедочного запаха.
- Лижи, Залето!!!
Вот жеж сука! Опетушить меня соим членом здумала! Я решил, что ни за что ничего там лизать-сосать не буду, и знак протеста харкнул еще раз.
Директрисе мои плеки понраились. Я еще пару раз харкнул, уже с зеленой соплей – и она кончила, чуть не раздаи мне нос конульсиях оргазма.
- Еще! – опила эта ненасытная тарь. У меня уже закончилась слюна и нестерпимо болел член, потому как хомячила она его, будто бы орехи грызла.

Сколько мы так барахтались я не знаю. Наерное долго. И наерное , она бы меня се-таки придушила соей пиздою, если бы не… Ну, конечно! В один из оргазмо Алетины комнату ошли Валюха и ее папик ( от не знал, что Самара так близко от Москы).

- А, блять!!!!! – заорал папаша.
- Мамочка!!! Володенька!!! – заизжала Валюха.

Алетина от неожиданности перданула мне прямо лицо, окатыая меня горячей злоонной олной с крошками гона. Я отчаянии уебал ее коленями по ушам и она пилась мне хуй.

- Отпусти мой хуй!!! – заопил я и чудоищным ударом челюсть, застаил ее отказаться от намерения сожрать мои гениталии.

Кое как ыбрашись из под безчустенной директрисы, я тут же получил уесистый ебок башню от папика.
- Сука! Ты мою жену ебал, а потом отпиздил!
- Она меня обосрала, Ваша жена!
- Володя, как тебе не стыдно! – это уже Валюха, - я ужасе!!
- Я сам, ужасе!
- Сука, ты не ужасе – ты есь гоне и крои! Ты жрал мою жену – это опять этот ебанутый фермер, на этот раз он ебнул мне пыром по яйцам. Я согнулся и поалился на директрису. Та уже пришла сознание и заизжала как резаная:
- Моя кнопочка!!!! Моя кнопочка!!!!! Моя кноооопооочкаааа!!!!
- мамочка, что с тобой???!!
- Что он сделал с тобой, этот изерг?! Аленька, что этот подонок сделал???!!

Пока Валюха пыталась приести порядок изжащую мамашу, ее папик ебошил меня ногами, брызжа слюной.
Наконец, я потерял сознание. Последнее, что я запомнил – это истошный крик больного фермера:
- Он откусил моей лапуле клитор!!!

Очнулся я на больничной койке. Весь гипсе. Мало что помнил, кроме того, что чуть не умер. Так и алялся недоумении и охуеании.
Через неделю пришло письмо от Алетины. Я его пересказыать не буду, оно нудное что пиздец и полоины сло я там не понял. Смысл тако – я моральный урод и Валечки ( моей бедной деочки) мне не идать. Из колледжа я послан на хуй. Но, принимая о нимание, что я чуть не помер от побое (поймите Володя – Иннокентий был состоянии аффекта), и что я хоть и откусил пол клитора, но это оказалось о благо (я теперь Залето, испытыаю наслаждение каждые полчаса). За се это мне пожалоана « определенная сумма денег, которые, я уерена, Вы используете на обучение. И станете, наконец, нормальным челоеком».

Короче, чтобы я не пиздил про побои, и за то что я проел пластическую операцию по отрезанию огромного секеля, мне оталили 20 тонн зелени!

Охуеть!!! У меня таких денег и оображении никогда не было. А потрачу я их на учебу, конечно. Иди ты на хуй синоматка! Я уж разберусь, на что их потратить.
Но об этом, черти, другой раз!

©Христофоро Иан